Лайнер «Белая леди», находившийся в двухстах милях к северо-востоку, сразу же откликнулся. Врач радировал с борта, запрашивая подробнейшую информацию о пульсе, дыхании, кровяном давлении и внешних симптомах. Сведения были переданы.

Врач «Белой леди» посоветовал инъекции дигиталиса, компрессы изо льда и другие срочные меры. Капитан Энгус каждые пять минут сообщал ему о состоянии больного. Тем временем лайнер полным ходом двигался к «Аргонавту».

Но он опоздал. Спустя час пятьдесят минут после первого сигнала поступила радиограмма, подписанная Энгусом и Эдмундом де Карлосом, сообщавшая, что Кадмус Коул скончался. Сообщение завершали благодарность за помощь экипажу «Белой леди» и информация о том, что последним желанием миллионера перед кончиной было обрести покой в море.

— Нет-нет! — закричал мистер Квин. — Останови их!

— Йо-хо-хо, Сильвер, — усмехнулся Бо. — Коул уже неделю лежит на дне Карибского моря в парусиновом саване.

— Целую неделю! — простонал Эллери. — Сейчас уже июль?

— Пятое июля, среда.

— Тогда мы должны поговорить с де Карлосом, Энгусом, радистом, матросами! Где они теперь?

— «Аргонавт» прибыл в Сантьяго-де-Куба через два дня после того, как Коул окочурился, — в прошлое воскресенье. В понедельник капитан Энгус и его команда получили расчет и были уволены.

— Де Карлосом? — спросил Эллери после напряженной паузы.

— Да. Потом де Карлос поставил там «Аргонавт» в «сухой» док, отправил другим кораблем в Штаты личные вещи Коула и прыгнул в самолет. Он должен быть здесь сегодня вечером или завтра утром.

Воцарилось зловещее молчание. Затем мистер Квин сердито выругался.

— Сердечный приступ посреди Карибского моря как раз во время шторма; смерть до того, как врач смог обследовать умирающего; похороны в море, прежде чем успели произвести вскрытие, — а теперь капитан и матросы разбежались перед тем, как их удалось допросить!